«Крепкая мужская дружба»: как Азия стала главным производителем историй о мужской любви

Несмотря на то, что однополая любовь становилась центральным сюжетом разных европейских и американских фильмов и сериалов, вроде «Назови меня своим именем», «Горбатая гора» или «Жаркое соперничество», а также фанатских рассказов на Ficbook или Wattpad, главным двигателем произведений в жанре BL (Boys' Love) стала, как ни странно, именно Азия. В странах Восточной и Юго-Восточной Азии появились первые BL-манги и сформировалась культура вебтунов и даньмэй-новелл, а тайские сериалы превратили истории о мужской любви в самостоятельную индустрию со своими звездами, фестивалями, международными турами и многомиллионной аудиторией.

Как Япония заложила основы жанра, а Южная Корея превратила его в успешный цифровой продукт, каким образом китайские авторы научились обходить цензурные ограничения и за счет чего Таиланд стал мировым центром BL-сериалов. Разбираемся, как Азия стала главным производителем историй о мужской любви в современной массовой культуре.

Японский BL: как манга превратила мужскую любовь в самостоятельный жанр

Для начала стоит отметить, что есть несколько терминов, которыми обозначают истории о мужской романтике: BL (Boys’ Love) — более обобщающий, яой или сёнен-ай. Для западного читателя скорее распространено название «яой», в Японии же к нему чаще относят публикации, фокусирующиеся на сексе, чем на сюжете. А сёнен-ай в свою очередь — это больше «невинный» контент, где акцент делается на эмоциях, чувствах, переживаниях персонажей без каких-то ярких сексуальных сцен. Работы в таком жанре часто встречаются у китайских авторов. В реальности эти термины нередко используются взаимозаменяемо, однако сегодня именно BL стал более распространенным и охватывает оба типа произведений.

До середины 1960-х годов большую часть манги для девочек создавали мужчины, но в конце этого десятилетия появилась новая волна женщин мангак из так называемой группы «Союз 24 года», которые и стали прародительницами жанра «сёнен-ай». В него входили женщины, родившиеся примерно в 24-й год Сёва или в 1949 году. Они начали создавать мангу для девушек, которую сами хотели бы читать, благодаря чему на страницах японских произведений нашлось место и для подростковой мужской любви.

Из этой группы мангак особенно выделяют Такэмию Кэйко и Хагио Мото. Кэйко в своих работах бросала вызов как гендерным нормам, так и сексуальным границам и в 1976 году, спустя девять лет борьбы с издателями, она начала публиковать провокационную 17-томную мангу «Песнь ветра и деревьев» (Kaze to Ki no Uta), которая выходила вплоть до 1984 года. Сложности с публикацией возникали из-за ее откровенного содержания, которое включало изнасилование, инцест, наркотическую зависимость, гомосексуальность, гомофобию и многое другое. В автобиографической манге «Мальчик по имени Жильбер» (Shōnen no na wa Jirubēru) Такэмия писала, что хотела совершить революцию в манге для девушек, и надо признать, у нее это получилось.

В свою очередь Хагио Мото, которая, как считается, выпустила первую сёнен-ай мангу, создала произведения «Клан По» (Pō no ichizoku), «Ноябрьская гимназия» (Juichigatsu no Gimunajiumu) и «Сердце Томаса» (Thomas no Shinzou).

А уже в 1978 году появился журнал JUNE, полностью посвященный мангам в жанре сёнен-ай, хотя и более откровенные произведения они тоже публиковали. Издательства осознали коммерческий потенциал яоя в начале 1990-х годов и начали выпускать специализированные журналы BL.

К 1990-м годам под брендом JUNE выходило уже четыре разных журнала и в этот период BL окончательно начал восприниматься как самостоятельный жанр, а не как ответвление сёдзё-манги (рассчитанной только на девушек). Благодаря этой революции и выведении на передний план мужских персонажей с их чувствами и переживаниями, мангаки начали создавать, а читатели открывать, — новые, ранее неизведанные истории об однополой любви.

В отличии от ЛГБТК+-медиа, создаваемых квир-сообществами и для них, BL изначально возник как жанр, создаваемый в первую очередь женщинами и для женской аудитории. Поэтому многие авторы раннего BL не стремились изображать реальную жизнь гомосексуальных мужчин. Их интересовала прежде всего возможность рассказывать эмоционально насыщенные истории вне привычных гендерных ролей, из-за чего жанр долгое время развивался преимущественно внутри женской аудитории.

Такое поверхностное отношение к изображению однополой любви в мангах, долгое время было предметом споров. Авторы не сильно интересовались жизнью ЛГБТК+-сообщества Японии, а потому их положение и образ в манге сильно разнились с реальностью.

В том числе их критиковали за то, что они относятся к однополым отношениям и сексу несерьезно, фетишизируют геев и навязывают им эстетические нормы и фантазийные представления. Но такая дискуссия привела к постепенному переосмыслению жанра со стороны авторов BL и их читателей. Отношения между мужчинами в мангах стали более сложными и проработанными, а современный BL начал включать и мужчин-авторов манги.

В 2013 году цифровой книжный магазин Book Walker выпустил антологию DANSH!, в которой восемь мужчин-мангак, включая Маэкаву Кадзуо (известного по серии Ace Attorney), представили истории о «чистой мужской любви». Целью проекта было показать иной взгляд на мужскую чувствительность через авторов, обычно работающих в других жанрах.

Вебтуны, манхвы и маньхуа: цифровая эпоха мужской романтики

К концу 1990-х — началу 2000-х годов феномен BL стал известен не только в Японии, но и начал привлекать внимание аудитории за рубежом. Особенно это затронуло соседние страны Восточной Азии — Южную Корею, Тайвань, Филиппины, Индонезию и, как ни странно, Китай.

Хоть яой появился в Южной Корее раньше, еще в 80-х годах, его распространение было ограничено из-за консервативности общества. Из-за этого он существовал в подпольных фанатских сообществах, и только в 90-х, с распространением интернета и домашних компьютеров, авторы и читатели переместились онлайн.

Поэтому если японская манга распространялась через печатные журналы, то корейские манхвы и китайские маньхуа вынуждены были с самого начала ориентироваться на цифровые платформы. А появление вебтунов, в свою очередь, сделало жанр доступным для миллионов читателей по всему миру.

Особенно сильно ситуация изменилась в 2010-х годах, когда появились коммерческие онлайн-платформы Lezhin, Ridi, Joara, Kakaopage, Naver Series, Comico и Bomtoon.

Корейские проекты вроде «Ночные этюды», «BJ Alex», «Логическая ошибка» или «Вишня цветет после зимы» быстро вышли за пределы азиатского рынка и сформировали глобальную аудиторию. Какие-то работы получили и продолжают получать экранизации.

По словам директора по маркетингу Watcha Ким Хе Джон, создание BL-проектов стало «разумным бизнес-решением», так как преданные, сплоченные и очень активные фанаты старались поднять свои любимые сериалы или манхвы в рейтингах, тем самым принося большую выручку компаниям.

Поэтому, как и с K-POP, индустрия манхв смогла поставить производство на поток и коммерциализировать его по-максимуму. Помимо публикации печатных изданий, вокруг популярных серий активно развивается рынок мерча, тематических коллабораций и pop-up магазинов. Не отстают и сами фанаты: в Южной Корее они арендуют билборды и LED-экраны, чтобы размещать фан-арты и поздравления персонажей с днем рождения, а также организуют тематические встречи и мероприятия в кафе, посвященные любимым произведениям.

@lasterror404 JaeKyung’s Birthday billboard from fans 🎂😍 They screened it for whole day~ #joojaekyung #jaekyung #jinxmanhwa #happyjoojaekyungsday_0621 ♬ Sexy Fire - dj biell

В Китае развитие жанра данмэй (китайское обозначение BL) пошло по другому пути. Из-за цензурных ограничений многие авторы начали публиковать произведения в формате веб-новелл, в надежде найти менее контролируемое пространство со стороны государства. Именно оттуда выросли самые известные современные истории, впоследствии получившие комикс-адаптации и экранизации.

Одним из наиболее ярких авторов стала Мосян Тунсю со своими новеллами «Благословение небожителей» и «Магистр дьявольского культа». Сегодня произведения существуют сразу в нескольких форматах: новеллы, маньхуа, анимационные адаптации и китайские дорамы.

Когда комиксов стало недостаточно — BL вышли на экран

В 2025 году вышел канадский сериал «Жаркое соперничество», который рассказывает о многолетних тайных отношениях между канадской хоккейной звездой Шейном Холландером и его российским соперником Ильей Розановым. Сериал быстро стал культурным феноменом и получил популярность далеко за пределами Канады. Но подобные работы, которые для западной аудитории в какой-то степени воспринимаются как откровение, уже давно, удивительным образом, пользуются популярностью в Азии. В 2010-х годах BL окончательно вышел за пределы печатной культуры.

Особенно заметную роль в процессе развития жанра сыграл Таиланд, где история BL-сериалов началась в 2013 году. Именно тайские лакорны (сериалы) сделали BL массовым явлением за пределами читательских сообществ. Такие проекты, как «Сотус», «Потому что мы вместе», «Bad Buddy» и сотни других, превратили жанр в самостоятельное направление телевизионной многомиллиардной индустрии. Параллельно начали развиваться японские, корейские и тайваньские экранизации, хоть они и уступают по популярности тайским.

В Китае прямое изображение романтических отношений между мужчинами ограничено законодательством, поэтому экранизации часто используют форму так называемой «броманс-драмы» или «крепкой мужской дружбы». Одной из первых китайских BL-драм был сериал «Влечение», который напрямую рассказывал о любовных отношениях между двумя парнями и возымел огромный успех, как в Китае, так и за рубежом. Тем не менее, достаточно быстро вмешалась китайская цензура и некоторые эпизоды были удалены из-за слишком «однополого и откровенного содержания». После этого китайские BL-драмы стали трансформироваться.

И наиболее известным примером этой трансформации можно считать сериал «Неукротимый», основанный на новелле все той же Мосян Тунсю «Магистр дьявольского культа». Формально романтическая линия была смягчена и в истории использовали тонкие детали, чтобы передать особую эмоциональную связь между героями. Схожий путь прошел и сериал по «Благословению небожителей». Хоть в адаптациях не заявляли прямо, что персонажи в романтических отношениях, для поклонников все было понятно и так. Из этого и родился мем среди онлайн-сообщества, что в Китае «вертят цензуру, как могут».

Ализабет Лин, журналистка в сфере развлечений, лично наблюдала развитие индустрии в Таиланде и анализировала китайскую аудиторию тайских BL-драм в Тайване. Поэтому она заметила, что Тайвань, несмотря на прогрессивность в отношении прав ЛГБТК+, легализацию однополых браков и запрет дискриминации, застрял в старых телевизионных форматах и их индустрия не очень развивается. В свою очередь, по мнению Лин, тайский BL развился до уровня, когда его уже трудно классифицировать.

«Вот еще интересный вывод из моего исследования: аудитория BL смотрит не только саму романтическую историю на экране — она также заинтересована в том, чтобы наблюдать, как актеры продолжают поддерживать свою «химию» вне съемочной площадки, уже после завершения сериала», — Ализабет Лин для China Media Project.

В 2025 году Таиланд узаконил однополые браки, поэтому в отличие от того же Китая, у них нет юридических проблем с тем, чтобы поддерживать эту самую «химию» вне съемок. И так же, как в Корее поставили на «скоростные рельсы коммерциализации» BL-манхву, в Таиланде наладили инфраструктуру BL-индустрии лакорнов. Они проводят фан-встречи, продают мерч, организовывают международные туры и фестивали. Какие-то актеры, снимавшиеся в одном проекте, даже объявляли о своих отношениях или обручались.

Если говорить о Японии, то они не сильно далеко ушли от своих соседей в вопросах создания фильмов на ЛГБТК+-тематику, например BL часто экранизируется в формате аниме. Среди известных работ, которые поднимают тему однополых отношений можно назвать «Лето, когда погас свет», «Сасаки и Мияно», заброшенный «Клуб Яричин», «Юри на льду», «Дарованный», «Любовная сцена», «Вампир Бабанбабанбан», «No.6» и многие другие.

В декабре 2025 года на Netflix вышел также нашумевший японский фильм «10 танцев», рассказывающий о двух танцорах, которые вместе готовятся к участию в особой танцевальной дисциплине «10DANCE». Из более ранних фильмов, которые поднимали бы тему однополых отношений можно вспомнить исторический «Табу» (1999), «Как песчинки» (1995), получивший квир-пальмовую ветвь на Каннском кинофестивале «Монстр» (2023), «Эгоист» (2023). Правда в сравнении с тем же Таиландом, японское кино продолжает оставаться нишевым.

То же самое можно сказать и про корейский кинематограф, где BL хоть и обретает популярность в виде дорам, но все еще уступает манхвам или тайской индустрии. Если в Таиланде первый BL сериал вышел в 2013 году, то в Корее только в 2020 — «Там, где замрет твой взгляд». Позднее в один год вышло две экранизации популярных манхв «Вишня цветет после зимы» и «Логическая ошибка», которая стала первой BL дорамой, получившей огромный успех на территории Кореи и за ее пределами. Но даже несмотря на то, что BL дорамы стали выходить относительно недавно, квир-тему начали поднимать в корейском кинематографе значительно раньше. Например, в работах «Без сожаления» (2006), «Король и шут» (2005), «Давно не виделись» (2017), «Дневник Хен Ен Дана» (2014).

С годами азиатский кинематограф перешел от нишевых фильмов, где однополые отношения занимают второстепенную роль к популярным сериалам, где сюжет строится только вокруг них.

Между бизнесом и репрезентацией: главные противоречия BL-индустрии и почему она все же важна

Как уже было сказано ранее, изначально BL-продукция создавалась женщинами и для женщин, но со временем эта тенденция стала меняться. Подобный жанр стал пополняться и авторами мужчинами, и непосредственно представителями ЛГБТК+-сообщества. При этом, если интерес квин-сообщества к историям об однополой любви вполне закономерен, то почему этот жанр приобрел такую огромную популярность среди женщин? А причин у этого несколько.

Томас Бодинетт, преподаватель квир-медиа в Университете Маккуори в Сиднее и специалист по BL, считает, что жанр может привлекать женщин именно потому, что предлагает мир, в котором отсутствуют привычные проблемы, связанные с доминированием мужчин над женщинами.

А авторы исследования «Любовь к любви между мальчиками: мотивы потребления медиа-контента в жанре яой» смогли выделить десять основных мотивов. Одним просто интересна тема, которая выходит за рамки общественных норм, другие хотят читать и смотреть истории, в которой гендерные различия не играют определяющей роли, или же просто хотят переживать сильные эмоции и сострадать персонажам. Есть и те, кто испытывает неприязнь к традиционным романтическим историям и сёдзё из-за своей однообразности и плохой проработанности женских персонажей. Среди причин есть и обычное желание уйти от реальности или же просто отдохнуть и развлечься.

Особенно важно, что для многих читателей центральным оказывается не изображение гомосексуальности как таковой, а возможность увидеть альтернативные модели романтических отношений, свободные от традиционных гендерных ролей и ожиданий.

Однако именно эта особенность жанра на протяжении десятилетий становилась поводом для споров. Несмотря на растущую популярность и коммерческий успех, BL нередко критиковали за мизогинию и объективацию гомосексуальных мужчин, за присвоении квир-культуры, а также за то, что манхвы и сериалы не отражают опыт реальных представителей ЛГБТК+-сообщества.

Кроме того, количество BL-проектов сегодня настолько велико, а сама индустрия настолько активно коммерциализирует все, что связано с жанром, что возникают сомнения в искренности этих работ: где проходит граница между стремлением показать ЛГБТК+-персонажей и обычным квир-бейтингом ради прибыли? В результате жанр оказался в неоднозначном положении.

Квон Юнмин, профессор цифровой культуры и киноведения в Школе кино Портлендского государственного университета, а также автор книги «Корейские гетеросексуальные поклонницы и их гей-фантазии», заметила, что после начала движения Feminism Reboot в Южной Корее в середине 2010-х годов число поклонников, покинувших BL-сообщество, выросло, а критика мизогинных аспектов жанра усилилась. И, как и в случае с японской мангой в 90-х, это стимулировало внутренние дискуссии и процессы переосмысления внутри BL-среды.

Тем не менее, Квон уверена, что критика BL за отсутствие реализма, не совсем оправдана, так как важно учитывать еще и то, какой контент хотят видеть молодые квир-зрители в Корее. Изучая тему однополых отношений в корейской культуре, а также общаясь с молодыми геями, она заметила, что спрос среди ЛГБТК+-сообщества на «оторванные от реальности» работы как раз таки есть.

«Проводя интервью с молодыми геями в 2021 году, я заметила их растущее желание видеть истории о повседневной жизни, легкие и позитивные сюжеты, а не исключительно мрачные рассказы о дискриминации и политической борьбе. Еще в своей книге 2019 года я отмечала, что некоторые мои собеседники-геи могли сопереживать персонажам фильма «Кондитерская "Антик"» (2008), снятого гетеросексуальным режиссером и основанного на японской BL-манге, но считали фильм «Без сожаления» (2006), созданный открытым геем-режиссером, слишком нереалистичным и некомфортным для просмотра. Многие представители ЛГБТК+-сообщества в возрасте от двадцати до тридцати лет, с которыми я общалась, довольно положительно относятся к BL и не видят проблемы в том, что контент на квир-тематику создают люди, не принадлежащие к сообществу», — написала Квон Юнмин.

Во многом это связано с желанием видеть истории, где ЛГБТК+-персонажи изображаются не только в сюжетах о дискриминации, неприятии или насилии. Подобные темы по-прежнему остаются частью повседневного опыта многих людей, особенно в Азии, тогда как дорамы и манхвы позволяют представить иную картину — ту, в которой однополая любовь не становится проблемой, а воспринимается как один из естественных вариантов человеческих отношений.

Некоторые фанаты благодаря BL-работам смогли принять собственную сексуальность или идентичность. Многие также отмечают, что растущая популярность жанра может способствовать более глубокому пониманию темы в обществе.

«ЛГБТК-сообщество в Южной Корее долгое время изображалось исключительно в негативном ключе. Поэтому даже если в BL присутствует определенная доля фантазии, то показ однополых отношений в позитивном свете и как чего-то столь же естественного, как и гетеросексуальные отношения, — это не так уж плохо», — считает Holland, корейский певец, актер и открытый гей.

В создании BL-дорам, манхв или манг участвует все больше ЛГБТК+-представителей, что помогает стирать грань между обычным медиа и квир, и воздействовать на консервативные представления о сексуальности. По мнению Фудзимото Юкари, профессора Университета Мэйдзи, жанр выполняет функцию «недостающего звена», соединяющего BL-фантазию и реальных геев.

Что также немаловажно, BL-работы помогают переосмыслить и стереотипное восприятие маскулинности, ведь мужские персонажи могут изображаться слабыми или уязвимыми, они могут быть романтичными или неуверенными в себе, испытывать все те эмоции, которые общество табуирует и подавляет. А опасения, вызванные количеством BL-работ, хоть и оправданы, но не отменяют того факта, что именно массовость жанра помогла сделать ЛГБТК+-персонажей заметнее для широкой аудитории.

Даже если нынешний ажиотаж вокруг BL со временем ослабнет, сама индустрия вряд ли исчезнет. За последние десятилетия истории об однополой любви перестали быть нишевым продуктом и заняли устойчивое место в литературе, комиксах, анимации и кинематографе.