Немногие режиссеры могут так сексуально передать боль и страдания любви, как Вонг Кар-Вай: соблазнительный праздник насыщенных цветов и медленных, томных снимков камеры, яркой моды и захватывающих дух стоп-кадров, которые переходят от одной сцены к другой, как персонажи, которых он выбирает для выделения. Часто эти главные герои - мечтатели, романтичные, но сложные одиночки, наполненные невысказанными эмоциями и скрытыми желаниями, которые бесконечно размышляют о воспоминаниях, времени и любви - или о ее отсутствии.

После семи лет относительного молчания, Вонг возвращается на киноэкран с продолжением своего классического гонконгского романа 1994 года «Чунгкингский экспресс». В другом месте его телепроект Blossoms, который выйдет на экраны в следующем году, будет рассказывать о молодом человеке, ищущем статуса и романтики в годы бума 1990-х в Китае, а на следующем кинофестивале в Нью-Йорке состоится премьера обновленного издания In the Mood for Love. месяц, приуроченный к 20-летнему юбилею фильма.

«Дикие дни», 1990

Первый фильм, в котором фирменный стиль Вонга Кар-Вая выразился достаточно ярко, пускай и не оформился до конца. Уже в дебюте «Пока не высохнут слезы», наследовавшем «Злым улицам» Скорсезе, интерес режиссера к внесюжетным поэтическим вставкам явно преобладал над предсказуемым криминальным действием. В «Диких днях» тяга к образному языку и интимной недосказанности окончательно взяла верх: это кино, в котором ощущение ускользающего времени важнее любых передряг, выпадающих на долю беспокойных героев. Вдобавок, именно здесь впервые появляются завсегдатаи кар-ваевских фильмов и будущие суперзвезды азиатского кино: актеры Лесли Чун, Тони Люн и оператор-самоучка Кристофер Дойл.

«Чунгкингский экспресс», 1994

Смастеренный на коленке за три недели в перерыве между съемками другой картины, «Чунгкингский экспресс» заставил плакать самого Квентина Тарантино (и не его одного) и стал отправной точкой в экспансии кар-ваевского кино на Запад. В центре фильма две истории о полицейских, и обе — про потерянную и обретенную любовь в торговых переходах неонового Гонконга. Формально наследуя техническим достижениям французской «новой волны», «Экспресс» и сам моментально разошелся на цитаты: танцующая камера Кристофера Дойла, клиповый монтаж и запараллеленность обрывочных сюжетных линий — все это стало не только визитной карточкой режиссера, но и предвосхитило кинематограф нового столетия на несколько лет вперед.

«Счастливы вместе», 1997

«Счастливы вместе» стали первой лентой Кар-Вая, в которой действие развивается не в Китае, а в далекой Аргентине. Именно туда в поисках лучшей доли уезжают два главных героя фильма: ранимый Лай (Тони Люн) и беспечный Хо (Лесли Чун). Впрочем, даже на краю земли счастье влюбленных оказывается недолгим: пока Лай, чтобы оплатить счета, берется за черную работу, Хо быстренько заводит интрижку на стороне — и вот уже жизнь героев незаметно превращается в пронзительное танго встреч и расставаний. Так и сам фильм наглядно показывает: куда бы Вонг ни перебрасывал своих героев — они все равно останутся одинаково несчастливыми и гонимыми.

«Любовное настроение», 2000

Всеми признанная вершина творчества Вонга Кар-Вая, «Любовное настроение» многими экспертами до сих пор считается лучшим фильмом XXI века. И вот почему: режиссер, сам того не зная, снял, возможно, самую красивую картину в истории кинематографа, в которой содержание и форма сосуществуют друг с другом в абсолютной гармонии. Визуально роскошный, воздушный и неотвратимый, как само чувство любви, фильм вдобавок стал первым произведением информационного века, не пытавшимся сформулировать новую эстетику или этику, а говорившим со зрителем о самых важных вещах простым языком образов. Никогда до этого или после кино не выражалось так безошибочно о неуловимой случайности чувств и их неразрывной связи с ходом временем.

«Великий мастер», 2013

Замысел этой биографической ленты о легенде восточных единоборств Ип Мане Вонг вынашивал в течение 10 лет. В итоге получился в один из самых безупречных фильмов о боевых искусствах вообще. Рисуя сложносплетенную (и во многом выдуманную) историю клановой борьбы в Китае середины прошлого века, Кар-Вай умудряется не зайти на заезженную территорию «Героя» или «Крадущегося тигра» и создает собственный неповторимый визуальный стиль — во многом благодаря французскому оператору Филиппу Ле Сурду. Впрочем, от узнаваемой режиссерской меланхолии здесь тоже никуда не деться: это тот самый редкий пример уся, в котором удар кулака равноценен неслучившемуся роману.

Запись 5 лучших фильмов гонконгского режиссера Вонга Кар-Вая впервые появилась Locals.