Согласно данным, представленным Национальным агентством общественного здоровья, на конец 2022 года число официально зарегистрированных потребителей наркотиков составило почти 12 тысяч человек, включая 582 новых случая. Уровень заболеваемости составил 39,6 случая на 100 тысяч жителей, по сравнению с 26,3 случая на 100 тысяч жителей в 2021 году.

В рамках Международного дня борьбы с наркоманией и незаконным оборотом наркотиков, который отмечается 26 июня, специалисты подчеркивают, что предотвращение употребления наркотиков остается лучшим способом решения этой проблемы.

Тема этого года - "Доказательства очевидны: инвестируйте в профилактику". Цель - повысить осведомленность о важности уважительного и эмпатичного подхода к людям, употребляющим наркотики, предоставляя всем услуги, основанные на доказательствах, альтернативы наказанию и приоритетные меры профилактики.

Согласно Глобальному докладу Управления ООН по наркотикам и преступности, опубликованному в 2023 году, каждый семнадцатый человек в возрасте от 15 до 64 лет в мире употреблял наркотики за последние 12 месяцев. Оценочное количество пользователей выросло с 240 миллионов в 2011 году до 296 миллионов в 2021 году (5,8% мировой популяции в возрасте от 15 до 64 лет). Это увеличение на 23% частично связано с ростом населения.

Европейский отчет о наркотиках 2024 года подчеркивает некоторые тревожные аспекты, такие как высокая доступность наркотиков практически всех типов. Сегодня наркотики доступны и их легко приобрести, что ведет к увеличению их потребления. В отчете также упоминается, что некоторые новые наркотики становятся доступны, но знания о них все еще весьма ограничены.

Каннабис остается наиболее употребляемым наркотиком в Европе. Существует все большее разнообразие форм, в которых эти вещества доступны на рынке и употребляются. В некоторых случаях, таких как каннабис, способы употребления включают новые формы вейпинга. Кокаин занимает второе место по распространенности среди наркотиков в ЕС. В 2023 году страны ЕС конфисковали рекордное количество кокаина (322 тонны).

cover: colin-davis/unsplash

Запись Наркотики остаются одной из основных причин предотвратимой смертности среди молодежи впервые появилась Locals.

По данным Центров по контролю и профилактике заболеваний США, в 2019 году от передозировки опиоидами умерли около 50 тысяч американцев. Пандемия усугубила ситуацию — в 2020-м смертность выросла до 87 тысяч. В основном погибшие употребляли фентанил и другие синтетические опиоиды.

Тестирование вакцины на животных прошло успешно. В первой фазе испытаний на людях будет участвовать 24 человека с опиоидной зависимостью. Их разделят на три группы. Одна будет получать плацебо, остальные — низкую или высокую дозу вакцины. Если она окажется безопасной и потенциально эффективной, испытания расширят до 45 добровольцев.

Сейчас ученые работают над созданием аналогичных вакцин от зависимости от героина и фентанила — для каждого опиоида необходим свой препарат, так как они отличаются друг от друга по химической структуре.

фото: cuimc.columbia.edu

Запись В США разработали вакцину от опиоидной зависимости и уже испытывают на людях впервые появилась Locals.

Наркомания – одна из самых опасных болезней современного мира. В Молдове количество наркозависимых среди молодежи неуклонно растет. Почему это происходит, как бороться с ее распространением, и какие есть пути реабилитации для возвращения к нормальной жизни? Об этом документальный фильм, вышедший на ютуб-канале Не надо бла бла, "Наркомания в Молдове".

Автор фильма Александр Стахурский рассказал о проблеме наркомании в стране через интервью с экспертами, чиновниками и бывшими наркозависимыми. Ему удалось показать, почему эта проблема, сегодня может коснуться любой семьи.

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: Наркотики – это зло. Их употребление вредит вашему здоровью и даже угрожает жизни.

Запись Вышел часовой документальный фильм о наркомании в Молдове впервые появилась Locals.

12 000 наркозависимых официально состоят на учете, ежегодно этот список пополняется на несколько сотен имен. Как говорят врачи, наркомания - это хроническая болезнь, на лечение которой может уйти не один год. Главное подобрать подходящую терапию, и делать это должны специалисты.

По словам врачей, в Молдове сегодня действует целый ряд вариантов бесплатного лечения наркомании - это детоксикация, заместительная терапия метадоном, а также программы психологической реабилитации. В прошлом году хотя бы одной из этих программ воспользовались около 70 процентов пациентов наркологического диспансера.

"Лечение должны быть построено в первую очередь таким образом, чтобы пациент был сам заинтересован помочь себе в той ситуации, в которой он оказался. Поэтому добровольность - одна из основных концепций для достижения хороших целей в процессе лечебных программ", - сказала врач психиатр-нарколог Лилия Федорова.

Согласно данным Всемирной организации здравоохранения, в 2016 году хотя бы какой-нибудь наркотик принимал каждый двадцатый взрослый на земле.

источник

Greta Schölderle Møller

Запись Цифра дня: Сколько наркозависимых стоят на учете в Молдове впервые появилась Locals.

Ирина, во многих интервью вы ратуете за то, чтобы секс-работниц перестали называть работницами коммерческого секса или как-то иначе. Почему?

Это решение приняли не мы одни - оно принималось на всеобщей конференции секс-работников в 2005 году. Тогда же была разработана и декларация секс-работников, в которой прописаны их основные права.

Почему вам не нравится формулировка «работницы коммерческого секса»?

Скажи мне, причем тут «коммерческий»?

Наверное, при том, что женщина делает что-то, за что потом получает деньги.

Тогда любого человека можно назвать коммерческим. Ты, к примеру, зарабатываешь деньги, значит, ты коммерческий журналист. Или врач, который получает зарплату, он тогда тоже коммерческий, а еще президент коммерческий, коммерческий судья, коммерческие сотрудники полиции…

Это правда, что вашей организации до сих пор отказывают в официальной регистрации?

Так и есть. Министерство юстиции третий год подряд отказывает в официальной регистрации нашего общества. Поэтому пока что мы — движение секс-работниц, творческий союз. Сейчас мы подали иск в Верховный Суд и, если нам снова откажут, мы отправляем иск в Европейский Суд по Правам Человека.

Послушайте, вас правда не трогает тот факт, что многие против того, чтобы ваше общество стало организацией?

Милонов, например, регулярно говорит о том, что меня надо сжечь на костре, ну и что?

Вы, конечно, смелая.

Когда тебе очень страшно, надо идти на свой страх, иначе он тебя съедает. Страх — это нормальная защитная реакция организма. Но я гораздо больше, чем организм, у меня есть мозги, социальный статус, возраст, в конце концов. Просто однажды ты приходишь к пониманию того, что у тебя есть цель жизни. Цель моей жизни – декриминализация секс-работы в Российской Федерации. Я же понимаю, что все постсоветские страны так или иначе на нас равняются. У нас же регулярно показывают эти «контрольные закупки», не только в России, но и в странах бывшего СССР, когда полицейские вламываются в очередной бордель. Они же себя ведут, как завоеватели какие-то. Но на самом деле там насилие, грабежи, все что угодно.

Вы когда-нибудь попадали в такие захваты?

Да, я свои 48 часов в одиночной камере провела, это было в 2003 году. И это как раз было тем волшебным пинком, когда я сама себе сказала: «Я это изменю».

Что происходит во время и после таких «контрольных закупок»?

Во-первых, девушек грабят: из борделя выносят все - от постельного белья до зубной пасты, порошка и содержимого холодильника. Потом часть девушек везут в отделение, хотя любое административное нарушение оформляется на месте. Но девчонок все равно увозят. И как минимум на ночь, хотя по закону их должны отпустить через три часа. В итоге они просто откупаются, чтобы их отпустили.

Есть какая-то определенная такса?

Конечно, каждый отдел сам себе ее выдумывает. Это помимо того, что каждый месяц полицейские снимают с уличных девчонок какую-то сумму. Пока существует запрет и криминализация с точки зрения административного кодекса, секс-работницы будут кормушкой для полицейских.

Вообще, первое чему мы их учим – это писать протокол. А в нем надо написать три волшебных предложения: "Согласно Статье 51 Конституции РФ, имею право не давать показания против себя. Категорически возражаю против любых оперативных съемок и разглашения моей личной информации. Категорически не согласна с предъявленными обвинениями в занятиях проституции".

Вот она написала этот протокол, а дальше что?

Если она не откупится, утром после задержания ее увозят на суд, и судье плевать на то, что там было написано в протоколе. Но если протокол написан правильно, а ты начинаешь себя защищать, то подобные заседания заканчиваются ничем - девушку отпускают. Сложнее всего защищать наркозависимых девчонок. Помню, мы как-то пришли с одной подзащитной к судье, и в ответ на мои аргументы он мне говорит: «А вы их вытащите». Я отвечаю: «Откуда?», а он: «С улицы». Я не могу дать им то, зачем они пришли на эту работу. Я не могу дать им социальные гарантии, которые обязано им предоставить государство. Женщина, которая идет работать в бордель или на улицу, чаще всего делает это ради своей семьи, чтобы обеспечить детям более-менее достойную жизнь. Какая тут коммерция? Это выживание. Так в чем они виноваты? В том, что государство не дает им всего того, что обязано давать? Рано или поздно женщина уйдет из этого ада сама. Только если ее не затянет или менты не забьют насмерть.

Такое бывало?

Мы посадили полицейского, который забил насмерть девочку ногами, кинул в машину, отвез в лес, накрыл ветками и скрылся. Мы вели это дело 2,5 года и посадили виновного на 8 лет строгого режима. А ведь изначально ему хотели дать три года условно - за убийство по неосторожности.

Потому что он "свой", это естественно.

Это невероятная история. Кроме срока, его обязали выплатить родителям жертвы 1 миллион рублей в качестве компенсации. Сейчас мы ведем переговоры с Amnesty international чтобы законодательство признало подобные преступления "преступлениями на почве ненависти". В этом случае мы сможем cажать на более длительные сроки.

Ирина, насколько популярна секс-работа среди мужчин? И они в группе риска?

Мужчин в этой теме немного. Те, кто занимается сексом за деньги с женщинами, называют себя «жигало». Есть секс-работники, которые предоставляют секс мужчинам - я с ними работаю, и вот у них, в отличие от первых, гораздо больше рисков.

Как вы к ним относитесь?

Я людей принимаю такими, какие они есть, и я хочу, чтобы меня так же воспринимали. Это не мое дело, кто он и чем занимается. Если он не нарушает моих личностных границ, мне вообще все равно.

Хорошо, вернемся к сообществу «Серебряная Роза», которое вы возглавляете. Как вас находят?

У нас есть сайт, хотя мы его не продвигаем. У нас есть офис. Чаще всего информация передается по сарафанному радио. Сейчас мы охватываем почти 10 000 секс работниц в Питере.

На что вы работаете?

На доброй воле.

А сколько у вас человек в команде?

30 тех, кто активно работает. Пока что мы работаем с салонами, но планируем выходить на улицу.

Можете объяснить, чем отличается работа на улице от работы в салоне?

На улице чаще всего работают наркозависимые.

Это та причина, по которой их не берут в салоны?

Да. Там очень интересная история: когда происходит захват салона, хозяину могут навесить статью за содержание притона и занятие проституцией. Если же при захвате находят наркотики, могут возбудить дело за содержание наркопритона, за которое дают гораздо больший срок. Никто не хочет рисковать, поэтому в салоны не берут наркопотребительниц.

У многих людей образ секс-работницы неразрывно связан с сутенером. Всегда ли за девочкой, которая на улице, стоит какой-то хозяин?

Не всегда. В Питере, где почти все уличные секс-работницы потребительницы, скорее всего, рядом с ней будет стоять муж или парень, потому что она таким образом зарабатывает на дозу и себе, и ему. Много лет назад, когда я еще работала с уличными девчонками, я анкетировала одну из них. Пишу, значит, ее возраст – 18 лет. Спрашиваю, сколько клиентов обслуживает в день. А она мне: «Двадцать». У меня глаза на лоб полезли. Оказывается, ее парень только что освободился из тюрьмы, и она зарабатывает ему на жизнь и развлечения.

Вот в таких случаях, вы можете прочесть лекцию, накричать, в общем, мозги вправить, чтобы она перестала заниматься этим?

Какая лекция, если она его любит?

То есть вы никогда не читаете нотации и не даете советов?

Нет. Когда меня учили быть тренером, мня научили раз и навсегда: ты не даешь людям советы. И я их не даю. Вообще, спасать надо в двух ситуациях: если это маленький ребенок и если это человек без сознания.

У ваших девчонок случаются истории, как в фильме «Красотка», чтобы попался клиент-миллионер, который влюбился и носил бы на руках?

Браки с клиентами редко бывают счастливыми. Потому что рано или поздно, когда у мужчины случится сложная ситуация, он обязательно сорвется и скажет: «Ты мне спасибо должна сказать, я же тебя вытащил из дерьма». А тебя кто просил? Есть, конечно, герои - они больше любят уличных, обычно предлагают дорогую клинику, чтобы вылечить ее от зависимости, она, конечно, соглашается, но через три дня после выхода срывается, потому что наркозависимость лечить очень сложно и причина ее всегда кроется очень глубоко. Я всегда говорю, что наши девочки – это недолюбленные девочки.

Почему женщины, девушки идут на это?

Нет средней температуры по больнице. Но почти во всех случаях женщина попадает в сложную ситуацию и не может найти из нее выход, поэтому она выходит на дорогу.

Но выход же всегда есть.

Чудесная формулировка! Но иногда ты не видишь этот выход. И ты решаешь выйти из сложной ситуации таким способом. Пойми, ведь это мое тело и мое право им распоряжаться. И никто не вправе меня осуждать. А если кто-то и попытается, то пускай откроет свой шкаф и посмотрит на свои скелеты. Как-то на тренинге со взрослыми серьезными тетями из какого-то ведомства я попросила их написать на бумажках ответ на такой вопрос: вспомните последний раз, когда вы занимались сексом со своим мужем, не желая этого, и напишите причину. В конце тренинга я эти бумажки зачитывала вслух и вот какие были ответы: чтобы отстал, чтобы отвел ребенка в садик, чтобы отдал зарплату, чтобы купил шубу или сводил в ресторан.

Это какая-то «Наша раша» просто.

Это не «Наша раша» - это жизнь. Вспомнила, был еще один чудный ответ: чтобы налево не пошел. То есть ей физически мужчину не хочется, но быть замужем ей принципиально. И вот такие тети потом говорят про моих девчонок: «Какие они нехорошие, как они поступают с чужими мужьями». Да нам ваши мужья не нужны!

Но почему мужчины идут на это?

Спроси об этом мужчину.

Ну, Ир…

Смотри, мужчина был, есть и останется внутри себя животным, как любой человек. И его инстинкт требует продолжения рода через большее количество самок, то есть он должен посеять свое семя и неважно, родится потом у него ребенок или нет. У женщины все наоборот, ей надо завоевать лучшего мужчину, который обеспечит продолжение рода - ей важно удержать, а ему нужно семя посеять. Даже в супер-интеллектуальном обществе животные инстинкты никуда не денутся. И если это есть, давайте это признаем. И давайте, наконец, признаем, что мужчина, который идет к секс-работнице, делает это потому, что он перестал получать что-то в отношениях с той женщиной, с которой живет, строит дом, растит детей. У меня близкие знакомые прожили вместе 43 года, и он от нее ушел. Она мне вечно причитает: «Я не понимаю, как так произошло». Ну не понимаешь, так спроси у мужчины. Если я чего-то не понимаю, я подхожу и спрашиваю.

Не все такие, как вы.

А было бы неплохо.

Вы недорассказали, чему вы еще учите ваших девчонок.

Правильно презерватив надевать. У нас нет сексуального образования и воспитания. Это до сих пор остается стыдной темой для разговора.

Чему еще?

Уметь говорить клиенту «нет».

Это очень важно?

Именно клиент настаивает на сексе без презерватива. У мужчин огромное количество мифов, например, что с презервативом он ничего не почувствует и все в таком роде. Женщина должна выстраивать свои собственные границы безопасности, и мужчина должен их принимать.

Вот, к примеру, она отказалась оказывать услугу без презерватива. Есть же вероятность, что он применит силу, разве нет?

Он пришел получить услугу, значит, он должен соблюдать правила. К тому же девчонки через некоторое время становятся гениальными психологами! Для того чтобы выжить, надо уметь выкручиваться, сглаживать острые ситуации, а это требует знаний и сноровки.

Я читала, что вы выступаете против легализации проституции. Вы до сих пор против?

Да, потому что это ничего не даст взамен. Я видела все законодательные инициативы, которые выдвигали наши депутаты, выступающие за легализацию. У меня большие сомнения, что эти люди разбираются в том, что такое секс-работа и в чем ее суть. Одна женщина-депутат предложила клиентам, которые посещают девушку несколько раз подряд, жениться на ней. Впечатление такое, что те, кто выдумывает подобные законопроекты, вообще не знают, что такое жизнь.

Вам важно, чтобы люди, которые у вас работают, сами имели опыт всего этого?

Не обязательно. У человека должно быть врожденное желание бороться с несправедливостью. Тогда он мой человек. Ты знаешь, если ты делаешь свое дело, находятся люди, которые тебе помогают и идут за тобой. Если это дело не твое, в жизни возникает куча препятствий, но для меня препятствий не существует.

Но есть система, железная система, сдвинуть которую нереально.

Не надо мне рассказывать про систему, я ее все равно сломаю. Она стоит на глиняных ногах, надо где-то подпилить, где-то подтолкнуть и она сломается.

Вы как-то написали, что тот факт, что вы не заразились ВИЧ – это случайность. Правда, что ли?

Конечно, в моей жизни было насилие, клиенты снимали презервативы, просто мне повезло.

Вы, кстати, до сих пор занимаетесь сопровождением беременных секс-работниц, которые находятся в зависимости?

Да, на моем счету более 400 рожденных, здоровых детей. У наших наркозависимых девочек проблемы начинаются с того, что когда она употребляет, внешних проявлений месячных нет, поэтому очень легко не заметить беременность. А когда беременность диагностируют, аборт делать уже поздно. Даже если она откажется от этого ребенка, он имеет право родиться здоровым. А ведь это очень тяжело — перенести ломку во время беременности, у нас же нет метадона, как у вас, например. Некоторые из моих беременных выходили из абстинентного синдрома «на зубах». Это когда ты на 36 неделе выходишь из 5 грамм героина сама, без обезболивающих. Я с такими мамочками по трое суток сидела рядом, успокаивала.

А вот эти дети, которые потом появляются на свет, они счастливы?

Они с мамой - это главное. Материнский инстинкт сильнее всех остальных. Женщина все равно самка и детеныша, которого она родила, она будет беречь и любить как умеет.

Координационный комитет по ВИЧ/СПИДу, который вы возглавляете, что это для вас?

Это моя жизнь, люди работают здесь без денег. Я работаю в нем с мая 2014 года, когда гранты ГФ постепенно начали уходить из России, а ССМ был распущен. Нам сейчас ГФ выделил 11 миллионов долларов на два с половиной года на профилактику ВИЧ-инфекции в России среди ключевых групп, это не то чтобы мало - это мизер.

Эта должность для меня — возможность развивать сообщество, заставить НПО, которые просто раздают презервативы, увидеть в секс-работниках не клиентов или бенефициариев, а партнеров этих программ.

Самый свежий пример: в прошлой программе ГФ на одну секс-работницу выделяли 110 презервативов в год. Кто-то может мне объяснить, откуда эти цифры? Мы когда недавно писали свой модуль для новой заявки, то выбили в три раза больше – 365 презервативов в год.

А сколько нужно на самом деле?

В среднем у нее 3-5 клиентов в день, на каждого уходит по 1-2 презерватива. Ты,кстати, знаешь, почему в Таиланде полностью остановили распространение ВИЧ-инфекции среди секс-работниц? Потому что у них там стопроцентное покрытие презервативами. А у нас в России программа считается эффективной, если потребность в презервативах покрыта на 60%. Государство должно сделать так, чтобы презервативы стоили копейки, только так они будут доступными. А сейчас, скажи мне, какой студент станет тратить на презервативы половину своей стипендии? Никакой, поэтому у нас такое количество ранних беременностей и заражений ИППП, я уже не говорю о ВИЧ-инфекции.

Я знаю, что у вас две взрослые дочери. Как вы занимались их сексуальным воспитанием?

Когда они обе были детсадовского возраста, я купила им книжку «Откуда берутся дети». Через несколько дней книжку успели прочесть все наши соседи по общежитию, и еще несколько групп в детском саду, который они посещали. Я всегда свободно говорила о сексе, беременности и родах. Я выросла в отделении патологии беременных, моя мама была врачом-гинекологом. Поэтому для меня это нормальный процесс, ничего ужасного в этом нет.

К сожалению, у нас многие аутричи не могут свободно говорить о сексе, методах защиты, беременности. Проще всего запретить, но сложнее всего объяснить, как сделать работу максимально безопасной. Зачем нужны аутричи, которые тупо раздают презервативы? С таким же успехом можно просто установить везде специальные автоматы. А вы возьмите и начните говорить, объяснять, тогда вас будут слушать и прислушиваться.

Ир, в чем ваша сила, если можно так выразиться? Ведь вы прошли многое, добились многого и при этом сидите передо мной вся такая красивая, раскованная, ни капли не похожая на типичную замужнюю женщину вашего возраста.

Я тебе скажу, в чем проблема таких вот типичных женщин: они боятся открыть в себе женщину, но если хорошо покопаться внутри, они ее найдут. Я лично себя нашла, я принимаю себя такой, какая есть. Я никому ничего не должна, я не пожалела ни об одном своем поступке и благодарна за весь опыт, который приобрела. Мне себя не в чем упрекнуть.

Знаешь, я не вожу машину, но многие мои друзья это делают. И вот от них я часто слышу выражение «Проехали», это когда случилась какая-то непредвиденная ситуация, ты быстро среагировал и дальше едешь. Потому что если ты начнешь все проматывать назад, ты обязательно втюхаешься куда-нибудь. Надо "ехать" здесь и сейчас, потому что ситуация меняется каждую секунду.

Вспомнила один важный вопрос: почему «Серебряная роза»?

Роза символизирует женственность, а серебряная означает, что она очень холодная, очень красивая, очень добрая, но такая недоступная. В прошлом году, один из моих друзей привез мне янтарную брошь с серебром из одного антикварного магазинчика. У нее есть своя легенда: Варшава, Вторая мировая война, жена попадает в концлагерь, а муж умудряется спрятаться. Она выживает, и когда они вновь встречаются, он делает для нее эту брошь (он был ювелиром) и дарит ей в знак своей любви. Когда мне друг рассказывал эту историю, я поняла, что все сошлось. А вывод такой: ты просто выживаешь в любой ситуации, какая бы она тяжелая не была, и ты становишься сильной. Кстати, друг мне потом рассказал, что хозяин антикварной лавки хорошо ему уступил. Я его спросила: «Почему?», а он: «Я просто рассказал ему твою историю».

Текст и фото: Елена Держанская

Запись Председатель некоммерческого партнерства секс-работников Ирина Маслова о легализации проституции, сексуальном воспитании и проблемах улицы впервые появилась Locals.

Письмо первое

Уже год как мой сын живет в трезвости. Уже год, как я засыпаю сама, без снотворного, без валидола. Уже год, как я счастлива просто от того, что дома тихо, спокойно, нет ругани и скандалов.

В общей сложности мой сын потреблял наркотики и алкоголь четыре года. Иногда он приходил домой в таком ужасном состоянии, что просто не узнавал меня. Наутро он просил прощения, обещал бросить, но на следующий день все повторялось вновь.

Я перепробовала все, или почти все. В моменты, когда он в очередной раз срывался, меня охватывало отчаяние – ведь это мой родной сын, мой «Колокольчик», которого я учила ходить, говорить, держать ложку, решать задачи, быть ответственным, любить природу.

Если бы мне кто-нибудь сказал, что мой сын станет наркоманом, я подумала бы, что этот человек не в своем уме. У нас была интеллигентная семья, сын никогда ни в чем не нуждался и всегда был окружен заботой и вниманием. Теперь я понимаю, что наркотики не выбирают, они просто просачиваются в жизнь человека, захватывая ее целиком.

Большинство родителей узнают о том, что их ребенок потребляет наркотики, последними. Я не стала исключением. Помню, как знакомые периодически пытались мне намекнуть на то, что, мол, мой сын не такой уж и ангел. Но я не воспринимала эти намеки всерьез. Теперь я глубоко жалею об этом.

Что я пыталась сделать, чтобы вразумить его? Разговаривала, ругалась, ставила ультиматумы, гипнотизировала, кодировала. Все без толку. Каждый раз, когда он трезвел и просил прощения, я сдавалась и помогала ему. Так продолжалось много лет подряд. В какой-то момент я поняла, что больше так не могу и выгнала его из дома. Какое-то время он провел у друзей. А потом вопрос встал ребром – или вношу залог, или его сажают на четыре года в тюрьму. Конечно, я заплатила, меньше всего на свете мне хотелось, чтобы мой сын оказался за решеткой. Именно в этот момент я случайно узнала о Терапевтической Общине и поняла – это то, что должно помочь. Сын не сопротивлялся, потому что сам уже очень сильно устал. Мы пришли вместе, когда я уходила, голос внутри меня говорил: «У него все получится». И у него получилось. Он стал другим человеком – открытым, искренним, трудолюбивым, с чистым сердцем.

Сегодня, записывая эту историю, я плачу от счастья. Раньше я плакала от безысходности.

Я бы хотела сказать спасибо всем, кто принимает участие в работе общине. А родителям, которые находятся в похожей ситуации, я бы пожелала терпения и сил. Вы должны бороться за своих детей. Любыми способами.

Письмо второе

Мой сын начал потреблять, когда ему было 13 лет. Сейчас я понимаю, что была последним человеком в его окружении, который узнал о его зависимости. Наверное, я просто не хотела в это верить, поэтому всячески отгораживала эти мысли.

Сейчас, оглядываясь назад, я понимаю, что первым тревожным звоночком была какая-то повышенная активность сына – я все чаще стала замечать, что не могу даже просто сесть с ним и поговорить. Он постоянно куда-то спешил, не мог даже нескольких часов провести дома. Я все это оправдывала переходным возрастом, думала, само пройдет.

Однажды я пожаловалась знакомой на то, что сын изменился, и я никак не могу найти с ним общий язык. На что она мне так спокойно ответила: «А вы что, не знаете? Он же колется, причем уже давно». Две недели после этого я не могла не то, что выйти из дома, я даже встать с постели была не в состоянии. Я даже представить не могла, что в моей семье будет наркоман.

Меня спасла сестра, которая рассказала о конференции для созависимых, которая проходила в другом городе. Я же ее предложение восприняла в штыки, ведь я сама родила и вырастила своего сына. Откуда чужим людям знать, как мне с ним себя вести? Я была не права. Именно там, на конференции, мне объяснили, что такое созависимость, как она проявляется и как разрушает отношения родителей и детей.

Главное правило, которое я усвоила за столько времени – зависимому человеку не надо помогать, его надо просто любить. Любить искренне, постоянно, всем сердцем и душой. Помню, как долго пыталась выдавить из себя: «Сынок, я тебя люблю». Я повесила на холодильник бумажку с этой надписью и повторяла ее каждое утро.

Меня спасли группы взаимопомощи для родителей наркоманов. Я тогда вообще не понимала, зачем я все это делаю. Я просто ходила туда, как на работу.

Наркопотребители очень уязвимы, ранимы, чувствительны, у них как будто нет кожи. Поэтому с ними надо общаться очень аккуратно. Никогда не надо говорить: «Ты плохой, потому что доставляешь одни проблемы». Говорите про себя: «Мне очень больно и неприятно, когда ты так поступаешь».

Самое губительное, что может сделать любящий родитель для своего ребенка, который погряз в наркотиках, — позволить собой манипулировать. Например, помочь отдать долги, приютить дома в нетрезвом виде, заплатить, чтобы его не посадили.

В нашей семье было железное правило – сын не должен был приходить домой в наркотическом опьянении. Однажды зимой я его выгнала из дома за то, что он это правило нарушил. Помню, как захлопнула дверь и часа два стояла под ней и ревела.

Сейчас я научилась отпускать своего сына, чтобы он сам набивал себе шишки, наступал на грабли и делал выводы. Я больше не стелю соломку каждый раз, когда мне кажется, что я смогу его защитить. В конце концов, это никогда не работало.

Я больше никогда не буду ругать его за какие-то проступки, потому что знаю, что будет только хуже. Я лучше выжду подходящий момент и спокойно скажу, где и почему, по моему мнению, он был не прав.

Сегодня мой сын в трезвости, у него прекрасная жена и замечательный ребенок. А я счастлива, потому что больше не боюсь, что он сорвется, ввяжется в плохую компанию или попадет за решетку. Я люблю его таким, какой он есть, потому что он мой сын.

Письмо третье

Мой сын начал потреблять, когда ему было 14 лет. Я, как и большинство родителей, узнала об этом последней. Помню, у нас гостила племянница, которая на тот момент по показанию врачей принимала транквилизаторы. Таблетки всегда были на виду, но в какой-то день они пропали. Я тогда уже подозревала, что с сыном что-то ни то, поэтому спросила его прямо: «Ты взял таблетки?», и он как-то так ответил странно: «Да нет…». И вот тогда я все поняла.

Я до сих пор считаю, что в том, что мой сын стал наркоманом, — моя вина. Если бы тогда я уделяла ему больше внимания и меньше работала, возможно, всего этого не было бы. Да, я давала ему все необходимое, но это было не то, что ему нужно было в тот момент.

Помню, как однажды в дверь постучался сосед, который привел домой сына – он чуть не замерз на морозе, потому что после очередной инъекции просто заснул в снегу. Когда я думаю о том, что он мог умереть, у меня сердце сжимается.

Сын никогда не попадал в милицию, потому что просто выносил из дома. Я никогда его не ругала за это. Наверное, это будет звучать странно, но тогда я считала, что уж лучше пускай выносит из дома, чем пойдет грабить, чтобы достать денег на дозу.

Я, как и любая мама, перепробовала многое – водила его к врачам, психологам и т.д. Но знаете что? Все это, как горох об стенку. Пока человек сам не осознает, что ему пора выбираться из этой ямы, он не бросит наркотики. А как человек в 15, 17 или 19 лет может прийти сам к такому решению, если у него в голове гуляет ветер? Никак. Поэтому я ждала, ждала долго, почти 9 лет, прежде чем сын сам решил отправиться на реабилитацию.

Сколько раз он был на реабилитации? Я уже и не вспомню. Но в итоге ему помогли в церкви, в которую пришла сначала я, а затем он.

Где-то в подсознании у меня до сих пор есть этот страх срыва. Но я стараюсь отгонять эти мысли от себя, иначе можно так себя накрутить, что жить не захочется.

Не знаю, что мне помогло пережить все это и не сдаться. Я борец по натуре, и знаю, что никогда, ни при каких обстоятельствах нельзя опускать руки, надо бороться всеми силами, особенно, когда речь идет о твоих собственных детях.

Когда твой сын наркоман – это огромная, непередаваемая боль, которая болит каждый день, каждую минуту. Эта навсегда остается в твоем сердце, ты всегда будешь помнить все это, всегда будешь искать причину, пытаться представить, как было бы, если бы удалось все это предотвратить. Но я не цепляюсь за свое прошлое, его все равно не вернуть.

Недавно я поймала себя на мысли, что перестала плакать каждый раз, когда рассказываю историю зависимости своего сына. Мне потребовалось много времени, чтобы научиться этому.

Сейчас мой сын в трезвости, у него замечательная семья, ребенок. Каждое воскресенье мы собираемся нашей большой семьей за обедом, и я счастлива, потому что все хорошо, просто хорошо.

Записала Елена Держанская

Запись Когда твой сын наркоман: письма матерей, переживших зависимость своих детей впервые появилась Locals.