Как все начиналось

Советский ксерокс, как его принято сейчас называть, разработал Владимир Фридкин, который в 1952 году окончил физфак МГУ с красным дипломом. Правда он долго не мог найти работу по специальности из-за проблем «по пятому пункту». Антисемитская кампания, проводившаяся в то время, сводила к нулю преимущества красного диплома. Лишь спустя несколько месяцев Владимиру Фридкину удалось устроиться в НИИ полиграфического машиностроения. Однажды в Ленинке Фридкин прочитал статью американского физика Честера Карлсона, посвященную процессу электрофотографирования или, попросту говоря, фотокопированию.

Ничего подобного в СССР на тот момент не существовало, и Фридкина захватила идея создать собственный, первый в Союзе, копировальный аппарат. Он обратился в отдел электротехники своего НИИ и попросил выделить ему генератор тока высокого напряжения. На родном физфаке МГУ он раздобыл кристаллы серы и необходимый фотоувеличитель. Все эксперименты изобретатель проводил в своем маленьком кабинете. Так Фридкину удалось собрать устройство, названное «Электроскопическим копировальным устройством №1». Цифра «1» в названии подразумевала, что за первой моделью последуют другие.

Сначала Фридкин пробовал копировать страницу из книги, приказы по институту, затем перешел к фотографиям. Однажды он сделал копию со снимка московской улицы и показал ее директору своего НИИ. Тот восторженно воскликнул: «Ты хоть сам-то понимаешь, что изобрел?!».

Инженерам института тут же был отдан приказ довести до ума существовавшие наработки и собрать образец машины, который смог бы делать фотокопии. Таким образом, осенью 1953 года Фридкин создал первую в СССР копировальную машину – коробка в метр высотой и полметра шириной, на который крепился генератор тока и два цилиндра.

Производство в Кишинёве

Аппарат получился очень простым, но все понимали, насколько важным было изобретение. На электрофотографию сбегалась смотреть «вся Москва». Ее показывали в кино и по телевидению. Директор института позвонил в министерство, и вскоре министр лично приехал в институт. Тот был настолько впечатлен увиденным, что тут же отправил аппарат в массовое производство, которое и организовали на заводе в Кишиневе. А в Вильнюсе открыли специальный НИИ, занимающийся исключительно исследованиями электрографии. 24-летнего Фридкина назначили замдиректора института, дали денежную премию и сняли в телефильме о передовых достижениях советской науки.

В 1955 году Фридкина взяли на работу в Институт кристаллографии. Копировальный аппарат он забрал с собой, и почти каждый день его коллеги заходили к нему в кабинет, чтобы скопировать очередную научную статью из иностранного журнала. Но уже в 1957 году к нему в кабинет вошла сотрудница КГБ, которая сказала, что должна забрать аппарат и уничтожить, потому что люди, которые заходят к Фридкину, могут размножить что-нибудь запрещенное.

Первый в Cоветском Союзе копировальный аппарат разломали на куски и выбросили на свалку. КГБ хотел исключить любую возможность использования изобретения Фридкина для размножения документов, не одобренных партией. А через несколько лет уже и Кишиневский завод прекратил производство копировальных машин.

Вот, что об этом писал сам Фридкин:

В это время ксероксы, купленные на золото в Англии и Японии, стали появляться в секретных комнатах разных высоких учреждений, где копии выдавали под расписку. Завод в Кишиневе так и не справился с задачей, и выпуск «электрофотографических аппаратов» там прекратили. А чем занимался секретный институт в Вильнюсе, было неизвестно. В эти годы, когда романы Солженицына и Пастернака тайно ночью перепечатывали на папиросной бумаге, я хорошо понимал, что мой скромный вклад в цивилизацию в моей стране представляет опасность. Поэтому и не удивился, когда в комнату постучали, и дама из первого отдела института очень вежливо объяснила, что свой аппарат я должен сдать для «списания».

Xerox и РЭМ

Позже, когда ксерокопирование на Западе стало повседневной практикой, Советский Союз закупил несколько аппаратов марки Xerox, но отношении партии к информации осталось прежним. Ксероксы попали в кабинеты партийного руководства и Академии наук, но сам процесс копирования находился под строгим контролем. На заводах и в институтах к копировальным аппаратам был приставлен специальный человек, следивший за тем, что и кем копируется. Тогда же Фридкин понял, что его изобретение и советская власть несовместимы.

К идее создания своих копировальных аппаратов вернулись только в 1960 году. Но собирать новое устройство «РЭМ» (ротационную электрографическую машину) начали уже на Казанском оптико-механическом заводе. «РЭМ» и «Эра», в отличие от аппарата Фридкина, по принципу действия и оптической схеме во многом повторяли «ксероксы» 1950-60-х годов.

Но когда западные модели делались все более надежными, эргономичными и компактными, главным преимуществом советских была низкая стоимость расходных материалов. А еще они были пожароопасны. При остановке движения бумаги она практически сразу же загоралась под действием потока тепла от инфракрасного излучателя. В помещениях, где стояла техника, приходилось устанавливать специальную систему пожаротушения, а на корпусе аппарата крепить углекислотный огнетушитель.

Конец истории советских копиров

Подобную технику производили до конца 1980-х годов. На этом история советских «ксероксов» закончилась.

Я сделал открытие, которое противоречило самой сущности советской системы. Хотя почему, например, автомобиль или телевизор противоречат этой сущности, непонятно. Может, потому, что они обслуживают человека, а у нас человек ничего не значил. Мы первыми запустили Гагарина, сделали ракеты, а провинция не знала, что такое сосиски, сыр и сливочное масло, — в интервью для издания Большой Город.

В 2002 году Международный комитет по фотографической науке (International Committee for Imaging Science) наградил Владимираа Фридкина премией Берга за «выдающийся вклад в развитие необычных (бессеребряных) фотографических процессов и международное сотрудничество в этой области».

Фридкину сегодня 93 года, он считается серьезной научной величиной на западе и практически не известен в России.

Источники: Наука и Жизнь, Ediweb, книга Ирины Бороган

Запись Первое производство копировальных машин было в Кишинёве в 50-х до изобретения XEROX впервые появилась Locals.