«Короткие встречи» (1967)

Первый полнометражный фильм, который Муратова сняла самостоятельно, сыграв заодно главную роль. Формально — любовный треугольник, состоящий из геолога, чиновницы и ее домработницы, а на деле — пример абсолютно неевклидовой геометрии, где прямые, может быть, и пересекаются, но непонятно, где и когда. Помимо Высоцкого и совсем еще юной Руслановой, в «Коротких встречах» появляются непрофессиональные актеры — все эти чудаковатые старики и деревенские девицы, которых будет так много в будущих фильмах режиссера. Странности происходящему добавляет музыка Каравайчука, который сам всегда выглядел как один из муратовских персонажей.

«Астенический синдром» (1989)

Фильм, состоящий из двух частей, черно-белой и цветной: в первой женщина, похоронившая мужа, то и дело набрасывается на окружающих, словно пытаясь расшатать окружающую действительность, а во второй — мир уже истеричен и раздерган, так что главный герой не в состоянии привести его в порядок и в самых неподходящих местах проваливается в глубокий сон. В 1989 году «Астенический синдром» шокировал матом, едва ли не впервые отчетливо прозвучавшим с экрана. Сейчас этим никого уже не удивишь, но менее тяжелой картина не становится: сумасшедший дом, собаки на живодерне, дикие дети за решеткой, поезд, уносящий героя во тьму, — кругом уродство и истерика, так что мир, похоже, никогда не соберется обратно из того мусора, на который рассыпался.

«Чувствительный милиционер» (1992)

После «Астенического синдрома» было вообще не очень понятно, как можно снимать какое-то кино, однако Кира Муратова неожиданно представила публике «Чувствительного милиционера» — историю нежного стража порядка по имени Толя и младенца Наташи, которую он нашел в капусте. Сказку, снятую почти в духе соцреализма, по-прежнему населяют странные и не всегда приятные люди, однако мир становится удивительным и ярким, словно мы видим его глазами новорожденного — еще не различая добра и зла, но застывая в восхищении от голосов, запахов и красок.

«Второстепенные люди» (2001)

Самая смешная картина Муратовой, где главная героиня бродит по городу с чемоданом, где лежит труп случайно убитого сожителя, и встречается с такими же второстепенными и бессмысленными, но в целом очень милыми людьми. Персонажи время от времени начинают петь и танцевать, мертвые воскресают, а приговоренные к смерти умирают сами, чтобы палач не брал грех на душу. Критики, которые раньше были уверены, что собак и канареек Муратова любит гораздо больше, чем людей, внезапно обнаружили, что Кира Георгиевна с нежностью относится ко всем идиотам и недотыкомкам, населяющим ее картины.

«Вечное возвращение» (2012)

Для Киры Муратовой этот фильм стал последним — о том, что снимать она больше не будет, режиссер объявила сразу после премьеры. Манера муратовских персонажей повторять реплики здесь становится основой сценария: несколько пар актеров раз за разом разыгрывают одну и ту же сцену, то заставляя зрителей смеяться и плакать, то бессовестно и безобразно фальшивя. «Вечное возвращение» — чистая музыка и шаманская поэзия — погружает в транс, то ли отрицая возможность вырваться из этого круга, то ли предлагая утешиться тем, кто боится конца и яркого света после заключительных титров.

Запись С чего начать смотреть фильмы Киры Муратовой впервые появилась Locals.

Кира Муратова (урождённая Короткова) родилась 5 ноября 1934 в бессарабском городе Сороки, в семье секретаря сорокского подпольного уездного комитета коммунистической партии Румынии Юрия Александровича Короткова. Её мать – Наталья Исааковна Короткова-Скурту – еврейского происхождения, родом из Сорок; член компартии Румынии с 1928 года. Кира с отцом и матерью ещё перед войной поселились в Бухаресте, где родители находились на нелегальной работе. (читать подробнее)

В её картинах снимались Владимир Высоцкий, Олег Табаков, Рената Литвинова. Она завершила карьеру в 2012 году.

Locals выбрал 5 самых громких фильмов Муратовой, которые обязательно нужно увидеть каждому.

Долгие проводы (1971)

Мать-одиночка долгое время была обеспокоена только здоровьем и счастьем сына Саши. Когда сын подрос, у матери появилось время на женское счастье и она стала принимать внимание от заботливого и мягкого Николая Сергеевича. В каникулы Саша едет навестить отца. После летнего отдыха мама замечает, что ребенок изменился. Женщина находит у сына письмо папе, в котором говориться, что он хочет уехать к нему жить. Не зная, как поступить в такой ситуации, мать окончательно разрушает свои хрупкие отношения с ребенком.

Астенический синдром (1989)

Три истории (1997)

Три истории, в которых Кира Муратова рассматривает возможность совершить убийство. В каждой новелле на убийство решается человек, кажется, абсолютно не приспособленный для этого.
В первой истории остро встает квартирный вопрос - и тихий служащий везет длинный ящик с телом соседа в знакомую котельную №6. Во второй истории милая служащая больницы оказывается монстром, который ненавидит мужчин и женщин. Офа любит только детей, и особенно внимательно следит за судьбой отказников, от которых отказались в роддоме. А еще она любит Шекспира - особенно те страницы, где льется кровь. В третьей истории сталкиваются молодость и старость. Дедушка-инвалид и соседская девочка, которая помнит, что когда дедушка умрет, его комната достанется им с мамой.

Второстепенные люди (2001)

Это вечное возвращение к теме "маленького человека". Что делает человека второстепенным? Какие неинтересные мысли и плоские чувства бродят внутри него? Кира Муратова говорит, что незначительным его делает безразличие других людей и отсутствие любви. Ее герои - трогательны в своей инфантильности и неуклюжести. Они словно играют в "казаков-разбойников", они понарошку убийцы и понарошку страдальцы. Чувствительные, нелепые, печальные, жестокие - но не по-настоящему. "Второстепенный человек" даже жестоким не может быть на самом деле. А вот любить - может.

Вечное возвращение (2012)

[bagde][/bagde]
К женщине приходит ее бывший однокурсник и жалуется, что не может выбрать между проверенной годами любовь к жене и сиюминутной страстью к девушке. Мужчина злиться, уходит, хлопает дверью, возвращается... Один и тот же диалог происходит с разными персонажами, в разной обстановке. И только под конец становится понятно, что все это - не больше, чем пробы у уже умершего режиссёра, но продюсеры надеются закончить картину. Муратова разрушает стереотипы и так говорит о своей новой работе: " Знаете, есть такой стереотип, скажем: Паша любит Машу, Маша любит Сашу, Саша любит Толика... Ну в конце фильма все устроены, а кто не устроен, тот попадает под машину, или его сбрасывают со скалы… Есть определенное количество таких стереотипов, которые мне осточертели. И это был главный импульс сделать этот фильм.

Запись 5 главных кинолент Киры Муратовой впервые появилась Locals.

Кира Муратова (урождённая Короткова) родилась 5 ноября 1934 в бессарабском городе Сороки, в семье секретаря сорокского подпольного уездного комитета коммунистической партии Румынии Юрия Александровича Короткова, который пропал без вести предположительно осенью 1941 года под Одессой. Её мать – Наталья Исааковна Короткова-Скурту – еврейского происхождения, родом из Сорок; член компартии Румынии с 1928 года. В 1934 году была арестована в Черновицах.

Кира с отцом и матерью ещё перед войной поселились в Бухаресте, где родители находились на нелегальной работе.

Изучала филологию в МГУ, в 1959 году окончила режиссёрский факультет ВГИКа, где училась в мастерской Сергея Герасимова и Тамары Макаровой.

В 1961 году Кира Муратова стала режиссёром на Одесской киностудии. Как сценарист и режиссёр Муратова дебютировала в 1962 году, совместно со своим будущим мужем Александром Игоревичем Муратовым поставив короткометражный фильм «У крутого яра», а через два года, с ним же, сняв полнометражную ленту «Наш честный хлеб».

Говоря о своих ранних картинах, Муратова подчеркивает, что они были созданы под влиянием Бергмана и Антониони, хотя в целом «большое кино» ее никогда не вдохновляло. Например, режиссер не раз говорила, что в Бергмане ей не хватает варварства. Поэтому нельзя сказать, что ее ранние работы были подражанием западному модернистскому кино. Их можно назвать не-советскими, но ни в коем случае не антисоветскими. Эти картины – о «другой жизни».

Уже первыми своими самостоятельными фильмами «Короткие встречи» (1967) и «Долгие проводы» (1971) режиссёр заявила об интересе к современной нравственной проблематике и неоднозначным человеческим характерам (фильмы были «положены на полку» до перестройки).

После скандалов с руководством Одесской киностудии, ей пришлось уехать из Одессы в Ленинград, где на «Ленфильме» появилась картина «Познавая белый свет» (1978). Тогда же она познакомилась с художником Евгением Голубенко, ставшим её вторым мужем и соавтором сценариев.

Настоящей переменой оказался душераздирающий «Астенический синдром» (1989), признанный шедевром пессимизма и «социальным диагнозом». Вот в этой картине можно ощутить противопоставление народа и интеллигенции. Но только в пользу первого. Ведь для Муратовой чем естественней человек, тем он красивее. Он и страдает, и радуется более примитивно, но зато более сильно.

В какой-то степени этот фильм объясняет, что художник должен постоянно быть в состоянии нервного напряжения. Только тогда он сможет выразить косноязычную, сумбурную, не поддающуюся объяснению реальность. «Астенический синдром» – очень сложная постмодернистская кинолента, созданная с удивительной художнической независимостью и бесстрашием. На Берлинском кинофестивале Муратовой вручили вторую по значимости награду – «Серебряного медведя».

После этой переломной работы режиссер поставила более простые, незатейливые фильмы «Чувствительный милиционер» (1992) и «Увлеченья» (1994). С «Увлечений» началось ее сотрудничество с актрисой Ренатой Литвиновой, которое было плодотворным и принесло обеим славу. Немного чудаковатая актриса хорошо вписалась в «другое кино» Муратовой, став неотъемлемой частью ее поздних работ.

Через десять лет режиссер сняла с Литвиновой фильм «Настройщик» (2004), который участвовал во внеконкурсной программе Венецианского фестиваля. В этой картине Муратова впервые на экране показала поцелуй. В интервью она отметила, что в кино не видела ни один поцелуй, который бы ей понравился, и ей захотелось снять самой. По словам режиссера, фильм представляет собой рождественскую сказку или святочный рассказ, адаптированный к сегодняшней реальности. Его можно назвать мелодрамой, так как в нем переплетаются печаль и нежность. Фильм получил три премии «Ника», а также множество других кинонаград.

И «Мелодия для шарманки» (2009), и «Вечное возвращение» (2012), в которых сыграла Литвинова, имели большой успех у кинокритиков. Актриса стала альтер-эго Муратовой, ее главной «фишкой». На Римском кинофестивале критики назвали «Вечное возвращение» «гипнотической воронкой». Они отметили, что по части оригинальности, вдохновенности, поэзии и юмора фильму не было равных. Вроде бы в фильме ничего не происходит, но оторваться от него нельзя – он затягивает глубоко-глубоко, оставляя только щемящее чувство боли, без которого не бывает настоящего искусства.

Этим и отличается искусство Киры Муратовой – оно настоящее. И таким оно было всегда: и в советские времена, и во времена «перестройки», и сейчас, во времена полной свободы. Потому что чувства людей остались те же, а это основа кинематографа Муратовой.

В фильмах Киры Муратовой снимались Владимир Высоцкий, Георгий Делиев, Олег Табаков, Зинаида Шарко, Нина Русланова, Рената Литвинова, Алла Демидова, Наталья Бузько.

По материалам: peoples.ru, wikipedia.org

Запись Мировые знаменитости родом из Молдовы: кинорежиссёр Кира Муратова впервые появилась Locals.

Всего через два с половиной часа, уже в сумерках они поспешно покинут место встречи, а пока — на улице яркий свет, а в фойе киностудии душно и не пускают в зал. Пробираюсь за эксклюзивным фоторепортажем и аккредитацией. Встречаю коллегу из «Афиши Одессы» и пугаю тирадой впечатлений о вчерашнем пресс-показе в Шустов киноклубе. В кассе кинотеатра вручают билеты на разные ряды — «от греха подальше», наверное.

Все оживлено молчат. Режиссер Кира Георгиевна Муратова с супругом — сценаристом и художником Евгением Голубенко держатся особняком. Встречаю редких знакомых. Ян Юсим, арт-директор кинозала умело лавирует между гостями. Глазами ловлю взгляд представителя дистрибьюторской компании, желаю «ни пуха» взглядом же. Все готово, можно отправляться в свободное космическое плавание в аудиторию, где над экраном простирается фраза из «Золотого теленка»: «Из всех кино для нас важнейшим является искусство».

Однажды в мае вот так же, но в присутствии жюри, кино-прессы и профессионалов индустрии авторская группа представила на суд свой труд в параллельной программе «Неделя критики» Каннского МКФ. И увезла через неделю три приза, включая главный. Картина даже получила номинацию на премию «Золотая камера». Так началась фестивальная история главного события национального кинематографа последних лет. За громкой премьерой колесами фортуны простучали Гран-при фестиваля им. Тарковского «Зеркало» и участие в конкурсах кинофестивалей в Локарно, Карловых Варах. В сентябре кинофильм представлен в программе «Открытие» на МКФ в Торонто, в которую отбирают фильмы, составляющие «будущее мирового кинематографа». Ждет своей очереди жюри Лондонского кинофестиваля. Три дня назад фильму отказано в праве представлять Украину в борьбе за Оскар. Тайным голосованием в национальном комитете.

Возле меня занимают места Кира Георгиевна и ее спутник, только между нашими сиденьями просвет. Его быстро заполняет собой дама с формами. К счастью, я продолжаю отчетливо слышать монолог Киры Георгиевны и в соседстве с виброгасящим субъектом. Кира Георгиевна почти не смолкает весь двухчасовой хронометраж и у меня чувство, что смотрю специальное издание с бонусной звуковой дорожкой комментариев режиссера, пусть и не этого фильма. Уже через 10 минут после начального титра ситуация проясняется: просто 80-тилетняя кинодива недовольна, что плохо видит героев в расфокусе, совершенно не различает языка жестов и в целом плохо принимает отсутствие диалога на экране. Как и большинство собравшихся, хотя они видят непрекращаемый диалог с экрана. Нам всем тяжело, особенно мне: я пришел на показ фильма Слабошпицкого второй раз за два дня, а рядом не умолкает Кира Георгиевна. Силюсь просчитать математическую вероятность повторения такого события в этой Вселенной.

Герой кинофильма «Племя» ищет некое место, «спрашивает» дорогу. Это школа, но в нее все еще сложно попасть — сегодня 1 сентября и уборщица со шваброй за стеклом коридора жестами указывает вокруг периметра квартала. Герой входит в здание, пропустив линейку и направляется в кабинет директора. Его провожают в класс. Ему не рады, он объект насмешек, но надо занять место. В этом вот всем надо найти свой угол и зубами в него вцепиться, пытаться строить свою жизнь, перманентно отвлекаясь на лай своры и «общак».

Пост-советское детство и отрочество выпрыгивают в каждой сцене: зрители узнают себя и своих знакомых в сценах «школа», «общежитие», «лагерь», «двор», «парк аттракционов», «физкультура», «урок труда». В одной из таких школ спального и криминального района Кишинева учитель физкультуры из провинции «посеял» группу «Zdob si Zdub»; я учился в четырех школах Кишинева и сам стал свидетелем разных подобных событий. После сеанса режиссер Мирослав Слабошпицкий признается, что провел детство во Львове, где каждая улица или район были бандами, стеной стоявшими друг против друга. В книгах самого одесского писателя Валерия Смирнова такие же воспоминания.

Иногда наступает самая настоящая тишина: проглатываются вопросы Киры Муратовой и смолкают другие мои соседи. Это самые реалистичные и провокационные сцены. Раздаются нервные смешки, иногда хлопки, реже слышны комментарии за спиной ряда морализаторов. Облегченно вздыхаю: среди нас есть психически неуравновешенные, невменяемые и убогие. Ожидаю оживленной нервотрепки, то есть модерируемой дискуссии.

Признаюсь, вчера во время этих самых сцен я сам покрылся испариной и моментально продрог. Ничего подобного, я, подготовленный кинообозреватель, видавший гиперреализм и ультра-насилие, не ожидал. Меня физически отвратили эффект полного присутствия и разрушенная четвертая стена одновременно. Я почти ощущал болевой шок и падал в обморок.

Самым неожиданным оказалась резко негативная встреча фильма зрителями. Когда зажегся свет многие самоорганизовались и на повышенных тонах стали осуждать увиденное. Сперва накинулись на сотрудника кинопрокатной компании, затем на директора кинотеатра, при появлении на экране режиссера в него посыпалась ненависть и гнев. Глухим людям переводила свои мысли и ответы режиссера самая неуравновешенная дама, которая не услышала ни одного чужого слова.

Слабошпицкий заявил возмущенной публике, что не снимал фильм о глухих и для глухих. События в фильме вымысел, но черпаемый из консультации опыта работы криминальным репортером. В результате, рассыпаясь в обвинениях и угрозах, шапито покинуло стены великого здания академического толка. И некоторые из числа синефилов пообщались о «Племени», как метафоре всех человеческих меньшинств.

По словам Слабошпицкого ему повезло работать с талантливым оператором-документалистом Васяновичем, который так же на стадии питчинга занял позицию продюсера со всей своей производственной компанией. Повезло с актерами, они понимали, что создают иллюзию (ну наподобие распиливания человека в том же самом шапито на глазах ущербных, убогих и униженных жителей Средневековья). Повезло со зрителями и представителями обществ глухих по всему миру, где бы ни состоялся показ. Заверил, что со всей своей группой и при поддержке американского прокатчика не допустит участия фильма Санина в дальнейшем отборе для номинации на премию Оскар. Поделился планами снимать полный метр о Чернобыле, пообещал найти финансирование одним упоминанием о победе в Канне. Обретя надежду и облегченно вздохнув, я выехал с киностудии в одесский вечер, а «Племя» разлетелось 80 копиями в кинотеатрах страны.

Кинокритик «Forbes.ua» Юрий Володарский проводит параллели между фильмами «Племя» и «Трудно быть богом» Германа-старшего и «Счастье мое» Лозницы. Антон Долин в Каннских заметках для «Афиши Воздух» называет новый этап украинского кино именем последнего фильма Годара. Режиссер Слабошпицкий сам упомянул «Слон» ван Сента, поведал о сравнении в Канне с Ханеке и Триером. Мне фильм напоминает «Нежный возраст» Соловьева, только 90-ые на экране не прекратились. Я вижу историю и думаю о «Цельнометаллической оболочке» Кубрика, хотя это не армия, здесь нет винтовки. Слышу крики Моники Беллучи из «Необратимости», но лишь по памяти, ведь на экране — сплошь немые сцены.

Лев Райзман для Южного Курьера

Фото: Лев Райзман, «Артхаус Траффик», кадры из фильма «Племя».

Запись Премьера «Племени» в Одессе: успех, фурор, провал и скандал впервые появилась Locals.