Сегодня есть надежда, что проект восстановления удастся реализовать, и художественный музей вновь сможет открыть для посетителей эти уникальные объекты. Французские эксперты, сотрудничая с молдавскими коллегами, начали оценку проекта реставрации, и в ближайшее время будут объявлены первые результаты.

Узнать подробнее об этом архитектурном наследии Кишинева можно в наших статьях:

Запись Французские реставраторы провели инспекцию исторических особняков Клигмана и Херца в Кишинёве впервые появилась Locals.

Расположенные в центре Кишинева городские особняки Владимира Херца и Моисея Клигмана планируется отреставрировать, об этом сообщил директор Агентства по инспектированию и реставрации памятников Республики Молдова Ион Штефэницэ, передает noi.md

Он напомнил, что история городского особняка Владимира Херца, расположенного на бульваре Штефана чел Маре, 115, начинается в 30-х годах века XIX века, проект частного дома предложил архитектор О. Гаскет.

Запись В Кишиневе отреставрируют особняки Клигмана и Херца впервые появилась Locals.

В 1898 году кишиневский адвокат Моисей Клигман на месте приобретенного им типового строения построил одноэтажный дом с изысканно ассиметричным фасадом (б. Штефан чел Маре, 113). Вход в него, украшенный двумя ионическими колоннами, располагался не по центру, а справа, но гармонично уравновешивался архитектурой фасада, по которому между окон с резными карнизами расположились рельефные столбы, вторящие колоннам у входа.

Самая красивая часть здания, к сожалению, скрыта от глаз, так как находится во дворе пустующего здания Национального художественного музея, известного как Дом Херца.

В 2006 году здание, находившееся на балансе национального художественного музея, пережило реставрацию, которая не была завершена. Директор агентства по инспектированию и реставрации памятников Ион Штефаницэ заявлял, что работы только ухудшили состояние памятника. Был разрушен архитектурный орнамент, использовались несоответствующие стройматериалы, в результате с фасада падает штукатурка.

Тогда на реставрацию исторического памятника выделили 11 миллионов леев.

Осенью 2019 директор художественного музея Тудор Збырня, частью которого является и дом Херца и дом Клигмана, заявлял: «Проблема в том, что нужно разработать комплексный проект, на основании которого можно будет подсчитать точную стоимость работ. Надеемся, что на момент завершения этого проекта, государство найдёт финансовые средства, и будет выделять их поэтапно, так как положено».

Между тем, в Министерстве образования, культуры и исследований говорят, что пока денег на восстановление усадьбы нет.

"На 2021 год предусмотрены два миллиона леев на проект по реставрации музея, мы говорим о зданиях Херцы и Клигмана. А на 2022-ой - запланированы 11 миллионов леев на ремонтные работы", - говорила глава управления Минобразования и культуры Светлана Почумбан.

По словам директора музея изобразительного искусства, расходы на реставрацию усадьбы превышают выделенную министерством сумму и, вероятней всего, она так останется в руинах ещё много лет.

"Думаю, что речь идёт о 45 миллионах леев на оба здания и пристройку. С обустройством и систематизацией близлежащей площади, со всеми необходимыми отделочными работами, чтобы посетители могли этим зданием восхищаться", - сказал Тудор.

Татьяна СОЛОВЬЕВА
Из газеты "Еврейское местечко" №18 (87), май 2005 г.

О Мойше Клигмане мне рассказала 90-летняя Ирина Кантакузина. «Этот богач имел шикарный выезд – вороные лошади, огромный лакированный экипаж с двумя хрустальными фонарями, в которых горели свечи, - вспоминала Ирина Львовна. - Лошадьми правил кучер в нарядном армяке. Моисей в экипаже сидел в пол-оборота к жене. Дамы уверяли друг друга, что такой позой купец первой гильдии пытался укрыть некрасивую и горбатую супругу от праздных и бесцеремонных взглядов прохожих».

Поговаривали, что Мойша Клигман происходил из бедной семьи, отдавшей паренька в найм к купцу Шулиму Перельмутеру. Повзрослев, Мойша превратился в красивого статного мужчину. Неудивительно, что он приглянулся дочери хозяина. Став мужем Суры, красавец так держался, что вызывал невольное уважение горожан. Жили Моисей и Сура Клигман на углу Мещанской и Александровской. Богатый их дом стал украшением центра Кишинева. Гордостью хозяев был зимний сад с диковинными растениями, которые присылали им со всего света. Изяществом отличалась и сама оранжерея с ажурными переплетами витражных окон. Среди зелени журчал фонтан, бивший из рук ангела.

В 1922 году Кишинев почтил своим присутствием король Фердинанд с королевой Марией. Отклонив приготовленный городскими властями особняк Пронина (на улице Садовой), монаршие особы якобы остановились в доме Клигманов. Мадам Дестерк, жена директора трамвайной концессии (бельгийского консула), с которой дружила Ирина Кантакузина, рассказывала подруге, что Мойша и Сура по этому случаю устроили прием. Блюда подавали в золотой посуде…

Не берусь судить, что в этих рассказах - правда, а что – вымысел. Между тем, Петр Старостенко, старший инспектор департамента культуры, автор около 130 научных работ по истории архитектуры Молдовы, переведенных на пять языков, подтвердил, что похожий рассказ о Клигманах он слышал в детстве. Два десятилетия работая в архивах, исследователь немало времени посвятил и разгадке архитектурных тайн Кишинева. В том числе и дому на углу Мещанской и Александровской (теперь угол улиц Сфатул Цэрий, 113 и Штефана чел Маре).

«История этого дома уходит корнями в позапрошлый век, - рассказывает г-н Старостенко. - В 1896 году на его месте стоял обычный одноэтажный кирпичный дом, который купили кишиневский купец первой гильдии Моисей Аронович Клигман и его жена Сура Шулимовна Клигман (урожденная Перельмутер). Супруги снесли старое строение и через два года на его месте возвели прекрасный дом с фасадами, выходившими на две улицы. Он стоил намного дороже обычного и сохранился до сего дня».

По мнению историка, хотя здание уступает по красоте дому Херца (бывший Художественный музей МССР), к которому оно примыкает, но имеет и свои преимущества. Здание украшают маскароны – скульптурные изображения в виде человеческого лица, необычайной красоты деревянная дверь с коваными вставками. С облупившейся краской и проржавевшими кружевами кованых узоров с инициалом «К» – даже в таком печальном виде она притягивает взгляд. Какой же красавицей эта дверь была сто лет назад! А изящная оранжерея, окна которой выходят внутрь двора, сохранилась до сих пор!

Однако путь к ней строго охраняется сторожами строящейся гостиницы. Но если оранжерея заперта и худо-бедно укрыта от снега и дождей, то бедный ангел, украшавший фонтан Клигманов, оказался в центре развороченной строительной площадки. Точнее, посредник между богом и людьми просто выброшен на свалку. «Это варварское отношение к историческому памятнику!» – негодует Старостенко. По его мнению, скульптуру необходимо извлечь из-под строительного мусора и восстановить. Как, впрочем, и весь дом Клигмана и, конечно же, дом Херца.

Жалкое зрелище представляет собой и другое здание, связанное с этой еврейской семьей. Речь идет о бывшей кишиневской еврейской богадельне имени Шулима и Гитель Перельмутер (а также Моисея и Суры Клигман) по Поповскому переулку, 8 (бывш. ул. Советская, ныне - ул. Реббе Цирельсона, 8 ). Это была самая крупная в Бессарабии еврейская богадельня, основанная на рубеже двух веков двумя родственными купеческими семьями - тестя и зятя. Они оба организовали это дело и сообща построили здание, а потом содержали его.

В исследовании, посвященном благотворительным организациям евреев Бессарабии в межвоенный период 1918-40 гг., Яков Копанский называет это здание «изящным маленьким дворцом»... Широкая парадная вела в большой и светлый вестибюль. В комнатах на две-три персоны отсутствует казарменный дух. Кровати с проволочными сетками, шкафы для одежды и столики-шкафы для посуды, стулья, умывальники. Уютно, удобно и, главное, - чисто. На призреваемых обитателях - национальная одежда, но без традиционной среди еврейской бедноты оборванности и неряшливости. Кухня, молельня, столовая, ванная с купальней - всё отличается необыкновенной чистотой.

Во время революции богадельню ограбили, но она устояла и в 1919 году отметила 20-летие. На торжестве Моисей Клигман выразил надежду, что подопечные и впредь не останутся без внимания. Он внёс в фонд на содержание заведения 125 тысяч золотых рублей. На вечер, где играл оркестр общества «Маккаби», собралось столько горожан, что праздник пришлось перенести во двор.

Среди самых щедрых жертвователей голодающим Бессарабии в 1928-29 годы тоже была эта семья. «Бессарабское слово» от 28 января 1930 года обнародовало список лиц и коллективов, внесших пожертвования в фонд кишиневского городского «голодного комитета». В числе первых из 291 фамилии наиболее активных участников кампании поддержки – Моисей и Сура: по 15 тысяч леев!

Что стало с этой парой в 40-м? Когда Советы пришли в Бессарабию, большинство богатых горожан бежали за границу. «В июне 1940 года мы с мужем ехали ночью из поселка Костюжены, где мы жили, в Кишинев, - рассказывает Ирина Кантакузина, - и попали в людской водоворот. Навстречу нам, в сторону Котовска и Бачоя, пешком, в экипажах, повозках, с детскими колясками катилась волна беженцев. Ходили слухи, что супруги Клигман тоже отправились в Румынию. Говорили, что на границе, зная об их богатстве, Моисея и Суру уже ждали. Похоже, участь их была печальна…»

Запись Исчезающий Кишинёв: Удивительная история дома Клигмана впервые появилась Locals.

В 1898 году кишиневский адвокат Моисей Клигман на месте приобретенного им типового строения построил одноэтажный дом с изысканно ассиметричным фасадом (б. Штефан чел Маре, 113). Вход в него, украшенный двумя ионическими колоннами, располагался не по центру, а справа, но гармонично уравновешивался архитектурой фасада, по которому между окон с резными карнизами расположились рельефные столбы, вторящие колоннам у входа.

Чуть позже – в 1903 году – рядом, на месте существовавшего с 1845 года детского приюта, который содержал помещик Йоргу Балш, построил для себя дом титулярный советник Владимир Херц (б. Штефан чел Маре, 115). Специалисты предполагают, что проект разработал австриец Генрих Лонский (архитектор здания Благородного собрания). Здание с выступающими вперед ризалитами, с крышей, венчаемой куполами причудливой формы, было нарядно, как праздничный торт. Декоративное убранство – витиеватое литье, вазы по верху фасада, богато украшенного барельефами в виде растительного орнамента и аллегорических фигур, завершали парадную картину. Интерьер здания также изобиловал декоративными элементами – потолки и стены были расписаны фресками на мифологические сюжеты и щедро украшены позолоченным лепным орнаментом. Заимствования из венского барокко, стиля модерн и мавританского стиля создали прекрасный образец эклектики, характерной для кишиневской архитектуры рубежа веков.

Дом Херца за свою долгую историю успел послужить для совершенно разных целей. Уже в 1907 году в одной из кишинёвских газет появилась следующая заметка:

"Большой роскошный дом Херца сдан Пехотному Волынскому полку для размещения в нем канцелярии и офицерского собрания".

Спустя некоторое время в нём уже располагался театр "Модерн". В межвоенный период там располагалось учреждение, которое называлось Министерство Бессарабии.

В советский период (с 1952 года) в здании располагался Музей Изобразительных Искусств (Республиканский Художественный Музей). А с 1957 года его расширили, и городская вилла адвоката Клигмана стала его частью. Именно тогда дома Херца и Клигмана соединили. С тех пор это здание выглядело для многих как единое строение, хотя дом Клигмана более строгий, его колонны и пилястры заимствованы из неоклассицизма.

Праздничная архитектура этих зданий, выделяясь на фоне сурового монументализма строений сталинского периода помогала, и не читая таблички над входом, безошибочно определить, где в Кишиневе расположен художественный музей. Здания стали уникальными для нашей столицы, хотя в довоенном Кишиневе существовал целый ряд домов примерно такого же стиля (например, Благородное собрание, на месте которого расположен кинотеатр «Патрия», аптека Когана на углу ул. Армянской).

Первые экспонаты музея были переданы с баланса на баланс по распоряжению Минкульта СССР из запасников московских и ленинградских музеев, в основном - работы русских и советских художников. Имелось в фондах молдавское и русское театрально-декорационное искусство, был представлен, хотя и фрагментарно, русский модерн. Особую ценность имели полотна западно-европейских живописцев голландской школы 17 века и позднего итальянского Возрождения. Большинство картин безымянно. Установить авторство крайне сложно, так как возможности проводить атрибуцию самостоятельно у нас были крайне ограничены.

За реставрацию домов Херца и Клигмана, более 40 лет не ремонтировавшихся,  взялись в 2004 году. Планировалось в 2007 году завершить работы по реконструкции крыш и фасадов, а весь проект реставрации закончить до августа 2008 года. К сожалению, реставрация не закончена. Художественный музей переехал в здание бывшей гимназии Дадиани по адресу ул. 31 Августа, 115.

Дома Херца и Клигмана – это явления исключительные для нашего города. Здания, в которых располагался Художественный музей, объявлены памятниками архитектуры. Да, частично они восстановлены, но при этом утратили (и продолжают утрачивать) значительную часть своей историко-культурной ценности.

По материалам: форум oldchisinau.com, Елена Кудрявцева.

Запись Рассказываем историю дома, в котором долгое время располагался Художественный музей Молдовы впервые появилась Locals.