28 апреля 2024

Молчания — не будет. Каким получился спектакль “Lorca. Casa. Alba” от Teatrul fără nume

27 и 28 апреля в Teatrul fără nume прошла премьера спектакля “Lorca. Casa. Alba” в постановке украинского режиссера Миколы Мишина. Locals.md рассказывает, какой получилось постановка и чем она может удивить зрителя.

Для испанского театра ХХ века “Дом Бернарды Альбы” Федерико Гарсиа Лорки имеет особенное значение. Эта пьеса прочно вписана в исторический контекст, в котором она родилась. 1936 год — это год начала Гражданской войны, которая закончится установлением в Испании диктатуры на срок 36 лет. Сам автор будет убит ультраправыми, причем обстоятельства его смерти по сей день остаются не проясненными. Испания до 1975 года превратится в огромный дом бернарды альбы с его бесконечностью черного цвета.  Фашизм, наступление которого предчувствовал Лорка, нашел воплощение в его работе в образе деспотичной матери, собственные дочери которой — жертвы ее тирании. У фашизма женское лицо, как будто бы хотел предупредить поэт, поэтому и решил пристально приглядеться к женскому миру.

В постановке украинского режиссера Миколы Мишина, который известен кишиневскому зрителю по работе над одним из спектаклей по “Mahamaya Electronic Devices” Ивана Вырыпаева, “Дом Бернарды Альбы” подвергается некоторому переосмыслению, потому что новые исторические контексты требуют новых интерпретаций. На первый план выносится мотив того, как тиран рождается из жертвы, а все окружающие своей покорностью эту диктатуру создают. Пространство спектакля постоянно углубляется, акценты часто переносятся, неоднократно возникает эффект брехтовского остранения. Вообще в “Lorca. Casa. Alba” очень много от приемов Брехта, он там чувствуется и проступает сквозь текст неоднократно. Зрителю напомнят и об обстоятельствах создания пьесы, и о том, что все роли в театре первоначально исполняли только мужчины, а сам спектакль — это всегда искусственно созданное пространство, поэтому не стоит путать его с реальностью. Актеры будут разрывать основное действие, чтобы дать маленькие интервью и рассказать, что думают о своих персонажах.

Герои, которые в пьесе остаются на втором плане, могут иногда стать главнее основных действующих лиц. Так, после возвращения героинь с похорон в первом акте, внимание зрителя перенесут на то, что происходит “за домом”, на служанку, у которой была своя история, просто ее никто не замечал, и эта история на какой-то момент окажется важнее.

Отдельно стоит отметить сценографию Милы Гогенко, которая помогает рассказать эту историю наиболее выразительно. Созданное на сцене пространство невольно заставляет вспомнить о сюрреалистических картинах Джоржо де Кирико с их просторами, наполненными пустотой и бесконечностью. Здесь такие же пустота и бесконечность, и они придают происходящему оттенок ирреальности, словно в бунюэлевской “Тристане”.

Цветовая гамма спектакля также оказывается более богатой на оттенки. Помимо черного здесь будет много белого и бежевого. Знаменитое зеленое платье Аделы — непременный атрибут этой истории, символ надежды — мелькнет в первом акте, но позже исчезнет. Одним словом, создателям удается вдохнуть в эту историю новые краски.

Спектакль — это всегда исследование не только произведения и автора, но еще и зрителей. На премьере 27 апреля возник даже элемент иммерсивности, который показал, что эта история нам действительно нужна для проработки. Напомним, что в финале второго акта сельчане забивают до смерти девушку, убившую свое незаконнорожденное дитя, на что Бернарда грозно орет: “Убейте ее! Убейте!”. По задумке автора, это должно показывать истинное лицо этой женщины без души и ужасать. Но зал на этом моменте начал аплодировать, присоединясь к крикам “Убейте”, одобряя происходящее на сцене и полностью отождествляя себя с Альбой. Что ж, диагноз вынесен, театр в очередной раз подносит зеркало к лицу общества. Смотрите, это про вас.

И явным контрастом окажется третий акт, самый сильный и напряженный из всех, с его отчаянным бунтом — во имя права чувствовать и оставаться человеком. И Мария Хосефа, которой в спектакле отдана едва ли не главная роль (а играет ее мужчина, Ион Мунтяну), сможет произнести свое знаменитое: “Бернарда — морда леопарда, Магдалена — морда гиены”. И Адела, наконец, сломает трость Альбы, гордо заявив ей в лицо: “Кончена ваша власть”. Николета Згибарцэ придает своей героине удивительную искренность и самоотверженность, создавая подлинную героиню мятежного Лорки, судьба которого оказывается невольно созвучной судьбе созданного им персонажа. Адела — это, конечно, в большой степени сам Лорка, и хотя бы в 2024 году мы уже можем это произнести.

Но главное, чем запоминается спектакль, — это финал, который очень не хочется проспойлерить, но который отличается по настроению от мрачного финала оригинала. Заключающие эту пьесу слова “Всем молчать!” как предвестники опускающейся диктатуры будут встречены гвалом звука. Молчания больше не будет, тишины больше не будет. И именно вызов молчанию и тишине, по замыслу создателей, способны переписать финал. Война не начнется, поэта не убьют, диктатура не наступит. И на сцену словно ворвется будущее Испании, с ее Ла Мовидой 80-х и ревом мотоциклов. Ворвется, чтобы увезти из молчания в полнозвучие. И всех нас спасти от Альбы, которая все еще живет в сердце нашего общества.

Подписывайся